Маленькая хозяйка большого дома читать

Маленькая хозяйка большого дома читать

Он не нуждался, как большинство людей, в том, чтобы сначала осмотреться, прислушаться, ощутить внешний мир - он сразу же нашел себя в конкретных условиях пространства и времени и без усилий продолжил прерванное сном повествование о своей жизни.

Он сразу же осознал себя Диком Форрестом, владельцем огромного поместья, который несколькими часами ранее, уже наполовину проснувшись, осознал себя хозяином дома.

Он сразу же осознал себя Диком Форрестом, владельцем огромного поместья, который несколькими часами ранее, уже полусонный, зажег спичкой страницу книги, выключил настольную лампу и заснул.

Где-то неподалеку плескался и сочно журчал фонтан. Издалека донесся звук - настолько слабый и неясный, что уловить его могло только очень чуткое ухо; но Дик Форрест услышал его и улыбнулся: он сразу узнал приглушенный, хриплый рев Кинга Поло, его лучшего быка породы шорхорн, трехкратного победителя выставок в Сакраменто, Калифорния.

Улыбка долго не сходила с лица Дика Форреста: он рисовал себе новые победы, которые готовил для своего Кинг Поло - в этом году он собирался отправить его на восток. Он докажет, что бык, рожденный и выращенный в Калифорнии, вполне может соперничать с лучшими быками Айовы, вскормленными кукурузой, и даже с шортгорнами, привезенными из-за границы, с их исконной родины.

Он докажет, что бык, рожденный и выращенный в Калифорнии, вполне может соперничать с лучшими быками Айовы, вскормленными кукурузой, и даже с шортгорнами, привезенными из-за границы, с их исконной родины. <Улыбка померкла, Форрест потянулся в темноту к ряду кнопок над изголовьем кровати и нажал на первую. Кнопки располагались в три ряда.

Скрытый свет

Скрытый свет, льющийся сквозь стенки большой чаши под потолком, освещал веранду спальни, задрапированную с трех сторон тонкой медной сеткой. Четвертая сторона представляла собой бетонную стену дома с высокими стеклянными дверями. Он нажал вторую кнопку в том же ряду, и яркий свет осветил место на стене, где висели часы, барометр и два термометра - Фаренгейта и Цельсия. <Скользнув по ним взглядом, он сразу же прочитал их показания: время - 4. Еще одним движением пальца он погрузил измерители времени и температуры обратно в темноту. От нажатия третьей кнопки вспыхнула его рабочая лампа, расположенная так, чтобы свет падал сверху и сзади него, не слепя глаза. Первая кнопка погасила невидимую лампу под потолком; Форрест взял с ночного столика пачку карандашей, зажег сигарету и, вооружившись карандашом, принялся исправлять.

По всей обстановке спальни было ясно, что здесь живет человек, привыкший работать. Несмотря на сопутствующее ей ощущение целеустремленности, она носила следы не спартанского комфорта.

Кровать с серой эмалью была в цвет серой стены. У изножья кровати вместо теплого пледа лежал халат из волчьей шкуры с болтающимися хвостами. Ночные туфли стояли на пушистом ковре из меха горного козла. На ночном столике аккуратной стопкой лежали книги, журналы, тетради, а также спички, сигареты, пепельница и термос.

На подвижной подставке, прикрепленной к стене, стоял магнитофон. Со стены, под барометром и термометрами, из круглой деревянной рамки выглядывало смеющееся лицо женщины. На той же стене, между рядами электрических кнопок и коммутатором, висела открытая кобура, из которой торчала рукоятка автоматического кольта.

В шесть часов, минута за минутой, когда серый утренний свет начал проникать сквозь проволочную сетку, Дик Форрест, не отрывая глаз от корректора, протянул правую руку и нажал одну из кнопок во втором ряду.

Пять минут спустя Дик Форрест, не отрывая глаз от корректора, протянул правую руку и нажал одну из кнопок во втором ряду.

Пять минут спустя на веранду незамеченным вошел китаец в мягких ботинках. В руках у него был полированный медный поднос, на котором стояли чашка с блюдцем, маленький серебряный кофейник и такой же кофейник для молока. Увидев, что хозяин уже подносит чашку к губам одной рукой, а другой продолжает делать пометки на гранках, О-Дай поднял с пола расшитый кружевами розовый чепчик и ушел.

Он исчез бесшумно, растворился, как тень, в открытой стеклянной двери. В шесть тридцать, минута за минутой, он вернулся с большим подносом. Дик Форрест отложил гранки, достал книгу, озаглавленную: "Ловля лягушек", и приготовился к завтраку. <Завтрак был простым, но сытным: снова кофе, половина грейпфрута, два вареных яйца, взбитых в стакане с небольшим количеством масла и очень горячих, и ломтик умеренно поджаренного бекона; он знал, что это мясо от его свиньи, и оно было домашнего копчения. К этому времени солнце пробивалось сквозь сетку и заливало кровать. На внешней стороне сетки сидели первые весенние мухи, оцепеневшие от ночного холода.

Форест наблюдал, как хищные желтобрюхие осы охотятся за завтраком. Более выносливые и менее чувствительные к морозу, чем пчелы, они летали перед сеткой и набрасывались на оцепеневших мух. Эти воздушные разбойники в желтых камзолах яростно жужжали и, действуя почти без промаха, хватали свою добычу и улетали с ней. Последняя муха исчезла прежде, чем Форрест сделал последний глоток кофе и, поджегши спичкой книгу о лягушках, снова принялся за корректуру.

Через некоторое время он услышал прозрачную, нежную трель жаворонка - первого утреннего певца. Форрест оторвался от работы и взглянул на часы: они показывали семь. Он отложил гранки, снял трубку телефона и, нажимая привычной рукой на кнопки коммутатора, вступил в разговор с несколькими собеседниками. Не будите его. Вряд ли он будет завтракать в постели, но ты справишься... Хорошо, и покажите ему, как пускать горячую воду... Может, он не знает... Да, да, хорошо... И найдите другого бойца как можно скорее.

Как только наступит весна, гости переедут... Конечно. Короче говоря, на ваше усмотрение. До свидания. Да, - начал он второй разговор со вторым собеседником, - я тут подумал о плотине Баки.

Мне нужна смета на доставку гравия и камня - да, именно так - я полагаю, что ярд гравия будет стоить примерно на шесть или десять центов дороже, чем щебень. Этот последний крутой склон холма ужасно мешает доставке... Подготовьте смету... Нет, мы не можем начать раньше чем через две недели... да, да, если новые тракторы прибудут вовремя, они освободят лошадей от пахоты; но не забывайте, что тракторы все равно придется отдать на проверку... Нет. Об этом вам придется поговорить с мистером Эверином. Третий разговор начался следующим образом: -Мистер Доусон?

На моей веранде сейчас тридцать шесть градусов. В низинах, наверное, все белое от инея. Но это Страница 2 из 20 возможно последний утренник... Да, они клялись, что тракторы будут доставлены два дня назад... Позвоните железнодорожному агенту... Кстати, поговорите от меня с мистером Хэнли. Я забыл сказать ему, чтобы он положил крысоловки вместе со второй партией ловушек для мух. Да, прямо сейчас. Сегодня у меня на сетке грелось около двадцати мух... Конечно. Закончив разговор, Форрест быстро встал, сунул ноги в ботинки и, как был, в пижаме, вошел в дом через открытую дверь, чтобы принять ванну, уже приготовленную для него китайцем О-Дай.

Минуты спустя Форрест, вымытый и побритый, снова лежал в постели, погрузившись в книгу о лягушках, а пунктуальный О-Дай, который все делал минута в минуту, массировал ему ноги. У Дика были сильные, красивые ноги, да и сам он был статный и стройный, пять футов десять дюймов ростом и сто восемьдесят фунтов весом. Эти ноги могли многое рассказать о своем владельце: левое бедро пересекал шрам длиной в десять дюймов; поперек левой лодыжки, от икры до пятки, тоже было несколько шрамов размером с монету.

Когда О-Дай сильнее разминал левое колено, Форрест непроизвольно морщился. На его правой голени темнело несколько небольших шрамов, а глубокий шрам, чуть ниже колена, доходил почти до кости. На бедре был шрам шириной в три дюйма, испещренный точками от снятых швов.

Вдруг со двора донеслось веселое рычание. Форрест поспешно чиркнул спичкой по правой странице книги о лягушках, перевернулся на бок и посмотрел в ту сторону, откуда доносился грохот, пока О-Дай надевал носки и ботинки хозяина. Внизу на дороге, среди пурпурных кистей ранней сирени, показался живописный ковбой верхом на крупном жеребце; жеребец казался красновато-коричневым в золотистом утреннем свете; он шел, роняя клубы белоснежной пены, гордо взмахивая гривой, сверкая глазами по сторонам, и трубный звук его любовного призыва разносился по зеленеющей равнине.

Дика Форреста в один и тот же момент охватили радость и тревога: радость при виде этого великолепного животного, торчащего между кустами сирени, - и тревога, чтобы его рев не разбудил молодую женщину, чье смеющееся лицо смотрело на него из деревянной рамы на стене.

<Он бросил быстрый взгляд через двор шириной в двести футов на переднее крыло дома, которое все еще было в тени. Шторы на окнах веранды ее спальни были опущены. Они не двигались. Жеребец снова зарычал, но это лишь вспугнуло стайку диких канареек, выпорхнувшую из цветущих кустов, выстроившихся вдоль двора, как сноп золотисто-зеленых брызг, выброшенных вверх восходящим солнцем. <Наблюдая за жеребцом, Дик Форрест представлял себе его красивое и сильное потомство, этих жеребят без малейшего изъяна. И когда конь исчез среди сирени, Дик, как обычно, тут же вернулся к окружающей действительности и спросил слугу: "Ну, как тебе новый бой, О-Дей? Для него все в новинку. Очень медленно. Но это пойдет ему на пользу.

Почему ты так думаешь? Он спит как младенец. Просыпается с улыбкой. Прямо как ты. Очень хорошо. О-Дай усердно кивнул. И всегда-всегда, когда вы открываете глаза, они уже улыбаются, губы улыбаются, лицо улыбается, все вы улыбаетесь. Это очень хорошо. Если человек так просыпается, значит, у него много ума. Я знаю. И новый бой - умный. Вот увидите, скоро, скоро он станет умным.

Его зовут Чжоу Гэн. Как ты будешь называть его здесь? Форест кивнул. Хорошее имя, только оно не подойдет.

А что скажет хозяйка? Придется придумать что-нибудь другое. У Форреста в ушах все еще звучало его собственное восклицание, и он понял, откуда китаец взял это имя. Пусть его называют О-Хо. О-Дай наклонил голову, бесшумно выскользнул за дверь и тут же вернулся с остальной одеждой хозяина, помог ему надеть нижнюю рубашку и верхнюю, накинул на шею галстук, который завязал сам, опустился на колени, затянул манжеты и надел шпоры; затем вручил ему широкополую фетровую шляпу и хлыст. <Хлыст был своеобразной индейской плетенкой - он состоял из узких полосок сыромятной кожи, в рукоятку было вставлено десять унций свинца, и висел он на ременной петле, которую Дик носил на руке.

Навигация

thoughts on “Маленькая хозяйка большого дома читать ”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *